Об особенностях творческого общения
01 ноября 2010 17:04

Об особенностях творческого общения


Если бы этой камерой снять, как мы иногда общаемся… уууу, как страшно.

Олег Янковский

Манера общения существует в театре… Если будем говорить о старшем поколении актеров, то мы абсолютно точно переняли манеру общения Збруева, Янковского, Караченцева между собой. 

Александр Лазарев

Его не притянул к себе ни Михалков, ни я, ни кто-то другой. А для других он сохранил тайну актерскую. И после того, как открылись все двери, когда с актером можно стало встретиться в магазине, попить чаю, его (Янковского) нельзя было увидеть с кошелкой в магазине. Вот нет таких фотографий. Он не снимался в рекламе, потому что понимал, что это все равно, как выйти с кошелкой на базар. Должна быть тайна актерская, вот он сумел унести ее с собой. Самое главное, что он сделал, остался для всех звездой чуть-чуть недосягаемой, и вместе с тем ходил здесь, рядышком. Вы обратили внимание, что он никогда не плавал, не купался, он всегда в белом был. А я ходил как чернорабочий рядом с ним. Это было очень смешно.

Марк Рудинштейн

После «Покаяния» была еще картина «Крейцерова соната», где мы в сущности и познакомились. Картина мне очень дорога, может быть более, чем какая-нибудь другая. Хотя я многие картины люблю, в которых участвовал. И во время этих съемок, сидя в гостиничном номере в городе Риме, мы с Олегом с бутылкой русской водки, закусывая толстолобиком в томате, так просто, безответственно, даже не строя никакие совместные планы, объяснились друг другу в симпатии. «Может попробовать нам самим снять картину?» - сказали мы тогда.  Прошло 13 лет, за это время мы еще один раз встретились, изредка перезванивались, у нас не было таких тесных отношений. А потом я посмотрел во МХАТЕ – пригласила Наталья Тенякова - спектакль «Пока она умирала» по пьесе Птушкиной. И выйдя из театра, я подумал, что можно снять картину, которая не подменила, но помогла бы «Иронии судьбы» в новогодние праздники. Я позвонил Олегу с этой идеей, он тоже посмотрел спектакль и говорит: «Ну, давай, попробуем». Но это был так, безответственный треп. Также безответственно, летя в самолете в Лондон, я рассказал об этой картине продюсеру. Когда мы вернулись, недели через 2 раздался звонок от продюсера и машина закрутилась… И мы стали снимать, понимая, что мы не меняем профессии и остаемся каждый при  своих делах. Но это был отдых, развлечение, перемена занятий. 

Михаил Агранович (кинооператор, режиссер, член жюри кинофестиваля «Кинотавр 2009»)